Главная » Статьи » Мои рассказы

Смертельная зависимость

Смертельная зависимость «Трепетная любовь, нежное влечение или безумная страсть? – вёл Бухинский душевный монолог. – Что так тянет меня к этой женщине?»

Взгляд мужчины, как магнит, прикован к белокурой красотке. Он бы рад не смотреть, да не может справиться с плотским влечением. Отведёт было в сторону глаза, зажмурит, встряхнёт головой, будто страшный сон разгоняет, а она всё равно здесь: сидит себе в креслице, нога на ногу, взгляд кокетливый бросает на несчастного, да ехидненько так улыбается. Играет на чувствах.

– Отпусти ты меня, – устало попросил Бухинский. Душераздирающие мысли совсем замотали. Как ни пытался несчастный противостоят соблазнительным чарам, ничего не получалось. Напряжение достигло крайней точки. Бухинский схватился руками за голову. Замычал что-то невнятное и тут же, как из автомата, выпалил:

– Хватит меня мучить! Замотала вконец! Я ж так помереть могу…

– Ну что ты, дорогой, – произнесла спокойно соблазнительная блондинка. – Мне кажется, ты преувеличиваешь. Мы с тобой не первый день знакомы, а, ты, вон, до сих пор жив, здоров…

– Когда-то всему приходит конец, – заключил Бухинский. – Вот и мой скоро придёт.

– Любимый, как ты можешь так говорить, – начала она с назиданием, – мы только-только по-настоящему обрели друг друга… Ну, вспомни, какие ты вчера красивые слова говорил… Ведь ты был так искренен… Так ласков со мной…

– Хватит! – оборвал Бухинский. – Мне, итак, тошно.

Блондинка покинула кресло и начала медленно приближаться к Бухинскому, словно белая персидская кошечка, грациозно повиливая бёдрами. С каждым шагом белоснежная туника волнующе вырисовывала тонкие изгибы женского тела. Противиться такой красоте невозможно. Секунда, другая… И запястья изящной соблазнительницы защёлкнулись на шее мужчины, как крепкий амбарный замок. Попался голубчик! Сладкий медовый голос произнёс:

– А ты расслабься…

Бухинский повиновался. Обмяк беспрекословно. Героем был только на расстоянии. Малейшие прикосновения очаровательной блондинки превращали «грозного льва в кроткого, трусливого и послушного зайчишку».

Слова были лишни… Бухинский, повинуясь команде «расслабиться», расстегнул ворот рубахи. Сделал глубокий вдох. Тяжёлый выдох со словами:

– Сколько ж ты будешь из меня веревки вить…

Блондинка торжествовала. Мягки и уютны нежные объятия. Они обволакивают измученного, истощенного непонятными чувствами, мужчину. Что происходит? И слышит лишь приторное:

– Любимый… моя страсть к тебе бесконечна, она безгранична, как вселенная…

Затем, провал…

Очнулся мужчина от жуткой головной боли. Присел на краешек дивана, огляделся вокруг. Кажется, был день. Появилась блондинка. Приближалась неторопливо. Смотрела, как ангел небесный, с невинным покорством. Обманчивое впечатление. Взгляд скрывал необузданное желание вновь и вновь ублажать своего хозяина любовными утехами. В ней была скрыта неуёмная сила влечения к этому измученному и опустошённому мужчине.

– День, ночь?… – пробубнил Бухинский.

– День, – произнесла женщина и тут же, чуть с обидой, – третий день.

– Чего?… – процедил сквозь зубы Бухинский.

Лицо мужчины приняло маску ужаса, затем боли… Свинцовая тяжесть, которую он держал на своих плечах, безобразно мучила. Жуткая головная боль исказила черты лица до неузнаваемости. Сморщился бедолага, точно кислятину какую проглотил. В голове промелькнуло: «Что тут происходит?…»

– Ну, ты, и соня, – сказала блондинка. – Отключился, прям на самом интересном!

Состроила губки бантиком, изображая непогрешимость, и захлопала ресничками, часто так… Кокетничает, мучительница. Издевается.

– Убьёшь ты меня своей любовью, – сказал Бухинский. Гнетущим духом отчаянья наполнилась комната. Тревожная атмосфера.

– Но милый, не стоит так драматизировать, – начала успокаивать блондинка, – ведь наши чувства такие сильные. Сам посуди, я только ласковое слово скажу, только прикоснусь к тебе, а ты уже и потерялся: не владеешь своим рассудком, телом… Это настоящая страсть!

– Вот именно! – крикнул он. – Разве ты не видишь, что это простое плотское влечение и ничего больше!

– Любимый, – произнесла она нежно и загадочно, – разве это плохо? Разве не этого ты хотел?

Блондинка украдкой начала прикасаться к рукам Бухинского. Осторожничала. Издалека узнавала готовность мужчины к нежностям. Легкие поглаживания, непереходящие в нечто большее, притупляли бдительность. Бухинский не противился. Да и головная боль отвлекала, не позволяла закружить любовной интригой.

Ненадолго. Вскоре, неугомонная женщина начала более активные действия – поцелуи. Они были мягки и сладки вначале, но приторны и навязчивы впоследствии… Сопротивления бесполезны. Страсть разбужена. Ураган чувств бушует!…

И снова провал…

«…Как хреново… Может это конец… Нет! Если больно, значит жив… Да лучше б я сдох!…» – промелькнуло в еле-еле ожившем мужском сознании. Он открыл один глаз, затем второй. В комнате было пусто.

– Не уж-то свалила? – произнес он еле слышно.

Тишина. В комнате ни звука. За окном слегка брезжил рассвет. Голова гудела. В горле першило. Не хватало свежего воздуха.

– Здорово, сосед! – раздался голос с улицы. Бухинский, живущий на втором этаже, распахнул окно и сделал пару глубоких вдохов утренней свежести прежде, чем заметил гуляющего с собакой Петровича – алкоголика, знатока белой горячки и клиента психиатрической лечебницы. Хотя, от разгула и смертельной зависимости он избавился. Навсегда. Спасибо врачам! Теперь Петрович, как агнец Небесный, занимается просветительством масс о вреде горячительных напитков…

– А, здоро-о… – хотел было поздороваться Бухинский, да не смог. Затрещало, заскрипело в голове.

– Ты б, это, завязывал бы с выпивкой-то! – сказал Петрович заботливо. – Вон, рожа вся помята, шевелюра в разные стороны… Бомж на помойке и тот лучше… Так ведь и в психушку попасть недолго! А там знаешь каково…

– Да, ну тебя… – оборвал Бухинский нравоучения соседа и махнул рукой. Повернулся спиной. Не захотел слушать бред алкоголика, хоть и бывшего.

Лучше не стало. А даже ещё тошней, чем было. И гадко. Очень гадко! И чуть-чуть стыдно… за бардак в комнате. Ведь в этом вертепе может находиться блондинка. Женщины терпеливы к мужским выкидонам. Но, когда вещи разбросаны по всей квартире, засыхающий спатифиллум, горемыка, валяется на полу в предсмертных муках, а рассыпанная из цветочного горшка земля запечатлевает чьи-то следы, да ещё какие-то бутылки, стаканы, окурки… В таком хаосе роскошной женщине не место!

– Хм-м… вот я психанул! Пора завязывать… – сказал себе под нос Бухинский. А блуждающий взгляд уже остановился, в оцепенении, на бутылке с говорящим названием «Беленькая». Стояла бутылочка на столике журнальном. Глаз дразнила. Только руку протяни и она твоя.

– Так это с тобой мы в любовь играли? – задал себе загадку Бухинский. Обхватил голову руками и зажмурил глаза.Картина начала проясняться.

– Хи-хи… – послышался женский смех.

Бухинский вздрогнул. Открыл глаза и… знакомый силуэт, обольстительные черты. Блондинка призывно подмигивала и улыбалась. Плутовка развалилась на диванчике, там, где ещё недавно валялось мертвецки пьяное тело Бухинского.

Смертельная зависимость

Молниеносно, словно супергерой из блокбастера, хватает Бухинский бутылку и швыряет в женщину. Блондинка исчезает.

– Пропала… исчезла, зараза! – процедил Бухинский. И в эту минуту отголоски здравого рассудка начали намекать мужчине, что дамочка эта неспроста приходила.

– А если вернётся? Неужто, Петрович прав?…

В голове нарастал какой-то странный гул. Громче, громче… Сознание путается, мозг не работает, дрожащая рука Бухинского, словно живя своей собственной жизнью, цапает с журнального столика стакан с белой жидкостью и…

Измученное тело наполняется приятным блаженством. Сладкая нега удовольствия и облегчения. Боль отступает. Бухинский оживает. И понимает: «бежать, надо бежать отсюда…, пока…» Мысль закончить не получилось. За спиной послышалась зловещая усмешка:

– Бежать?… Ха-ха-ха… От меня?…

 

Категория: Мои рассказы | Добавил: Автор (15.12.2015)
Просмотров: 587 | Рейтинг: 0.0/0
Всего комментариев: 0
avatar